Грешник и святой
17 февраля 2011, 18:27

Грешник и святой

К 180-летию Н.С.Лескова Из русского человека, как из дерева - либо икона, либо дубина. Николай Лесков
Поделиться

Этот русский писатель не входит в категорию “великих”, хотя А.М.Горький в своё время ставил его в один ряд с Толстым и Достоевским. В его прозе слышен голос народной России, и этот голос под рукой искусного мастера становится волшебным, проникает глубоко в сознание и сердце пытливого читателя.

Он пришёл в литературу уже зрелым 30-летним человеком, во всеоружии солидного жизненного опыта. Успел вдоль и поперёк изъездить всю Россию, познать народ и его нужды не по разговорам, а изнутри. Своим творчеством всегда противостоял всем “течениям” и “направлениям”. Революционеры-демократы называли его произведения “пасквильными”, антинигилистическими, “доносительными статьями”, а представители консервативно-охранительного лагеря (в частности, редактор журнала “Русский вестник” Катков, с которым долгое время сотрудничал Лесков) говаривали между собой: “Он совсем не наш”. При жизни его публикации проходили с огромным трудом. Его признали по-настоящему только в конце 80-х годов, а огромную популярность он завоюет посмертно, в ХХ веке. Его судьба, таким образом, напоминает судьбу многих его героев, не оценённых должным образом при жизни.

По происхождению Лесков был типичным разночинцем, уроженцем провинциальной Орловщины. Отец его, хотя и большой умник, но непрактичный, чудаковатый человек, был способен на удивительные, подчас эксцентричные поступки, которые ему, однако, прощались. Служил поначалу священником, затем перешёл на гражданскую службу в Орловскую уголовную палату. Мать была “чистокровной аристократкой”, хотя и бесприданницей. Особого достатка не было. Большая семья держалось на властной матери.

Николай был строптивым первенцем, рос в полной свободе, душа в душу жил с крестьянскими детьми, изучил простонародный быт до мельчайших подробностей. Учёба в орловской гимназии как-то не сложилась, она казалась Николаю нудной и ненужной. Проучившись кое-как пять лет, он перешёл на канцелярскую службу в Орловский уголовный суд. Позже Лесков пожалеет о своём легкомысленном отношении к учёбе. По приглашению дяди в 1849 г. переезжает на службу в Киев, в казённую палату. Знакомство и тесное общение с молодыми профессорами университетского кружка, посещение на правах вольнослушателя лекций на разных факультетах много дали будущему писателю. Тем не менее, он всегда скептически относился к своей образованности: “Моя молодость прошла мрачно и безалаберно”.

В 1857-59 гг. он служит в промышленно-коммерческой компании Шкотта, своего дальнего родственника. Это время Лесков вспоминал как “самое лучшее время жизни”. Пришлось много кочевать по российским просторам, при этом он жадно впитывал жизненные впечатления, пополнял золотой запас знаний человеческих характеров, профессий, национальных нравов, различных диалектов и наречий.

В 1861 г. Лесков переехал в Петербург. Вначале пробует себя в качестве журналиста и вскоре становится заметной фигурой в литературных кругах. Сотрудничая в либерально-умеренной газете “Северная пчела”, он выступает с критикой революционных идей литераторов журнала “Современник”, сам являясь приверженцем эволюционных перемен. За наиболее резкие  публикации его  называли провокатором и агентом Третьго отделения, даже вызывали на дуэль. Это отложило отпечаток на весь жизненный и творческий путь писателя. Он считал, что его неправильно поняли.

Лесков был убеждён, что совершенствовать необходимо не только и даже не столько общественно-политическую систему, как каждому человеку самого себя. В его произведениях конфликты и драмы возникают в основном на почве потери героями нравственных ориентиров и впадание их во власть тёмных животных инстинктов. Писателя интересуют в первую очередь психология, сознание, мировосприятие народа, именно в их недостаточном развитии он видит главный корень его бед. Он твёрдо уверен, что сила и талант народа проявляются “в положительных типах”.

В то время в читательских кругах было популярно утверждение “большого русского писателя” А.Ф.Писемского, объявившего, что он во всех соотечественниках видит одни лишь “гадости и мерзости”. Лесков задался целью опровергнуть это. Он на своём опыте убедился, что праведники бывают везде: и в городе, и в деревне, и среди дворян, и среди крестьян, военных, чиновников, священнослужителей. Они могут ошибаться, совершать опрометчивые поступки, но жить стараются по закону Божьему, по закону любви и правды. У каждого из них “доброта преобладает над умом и безотчётно вытекает из их натуры”.

В 80-е годы Лесков сблизился с Л.Н.Толстым и его семьёй. Он благоговел перед Толстым и считал его гениальным писателем и “учителем жизни”, хотя к “толстовству” относился неприязненно, считая его нежизнеспособным учением (и здесь он, конечно, ошибался). Впрочем, Лесков весьма критически относился и к самому себе: “Я знаю, что во мне много дурного и что я никаких похвал и сожалений не заслуживаю. Кто хочет порицать меня, тот должен знать, что я сам себя порицал”.