В поисках истины

В поисках истины

25 марта 2011, 08:00
603
К 265-летию Франсиско Гойя Я - Гойя!.. Андрей Вознесенский

Существует странный феномен: художник, достигший высокого положения в обществе, признания и материального благополучия, утрачивает оптимистический взгляд на жизнь, хотя в то же время обретает яркую индивидуальность и становится выдающимся мастером. Франсиско Гойя вышел из низших слоёв испанского общества, сумел стать придворным живописцем, попал в круг высшей знати. Его ранние работы ничем не примечательны, в 30-летнем возрасте он пишет прелестные гобелены для королевского дворца, а поздние офорты и картины нередко мрачны, пропитаны горечью, сарказмом, а то и ужасом.

Он родился в Сарагосе в семье ремесленника из крестьян. Мальчишкой помогал мастеровым расписывать местный собор. Овладел основами мастерства и был принят в художественную мастерскую. 20-летним юношей переехал в Мадрид, затем побывал в Италии. Вернувшись в родной город, выполнил первую крупную работу — украсил фресками одну из церквей. С 1775 г. поселяется в Мадриде. У него не было ни творческих замыслов, ни вдохновения. Он попросту занимался своим ремеслом и зарабатывал на жизнь. Это было будничное существование — без особых радостей, без друзей, без успехов. Гойя принадлежал к цеху малозначительных придворных художников. Вскоре его работами заинтересуются именитые архитекторы. Один из них предоставляет ему возможность написать портрет инфанта дона Луиса… Затем последовали заказы на портреты людей выдающихся — в частности, архитектора Вентуры Родригеса. В 1786 г. он назначен королевским живописцем.
Существенно помогла его карьере женитьба на сестре преуспевающего художника Байсу, который вскоре стал первым живописцем при королевском дворе и президентом мадридской Академии художеств. Конечно, не прояви Гойя своих талантов, никто бы не стал заказывать ему портреты, картины. И всё же без протекции пробиться в круг знатных особ было невероятно трудно. “Высшее общество” его разочаровало. Но со временем цепко схватил основное: не следует поддаваться стихийному порыву — ни собственному, ни коллективному, необходимо искать и превозносить общечеловеческое.

Перед ним преображается мир. И он сам перерождается. Испанцам не свойственно раболепие перед властью, и Гойя, всегда оставаясь человеком из народа, никогда не терял чувство собственного достоинства. Он начинает писать картины на национальные темы. “Элита” страны в это время переживала упадок и вырождение. Гойя пишет серию офортов, в которых изобразил диковинных персонажей: они кривляются перед зеркалами, прогуливаются, выглядывают из пышных карет, с любопытством стоят перед позорными столбами инквизиции. Всё несётся в бешеном карнавале, с лиц слетают маски, среди них мелькает и сам художник, тоже в разных обличиях…
В офортном листе “Сон разума рождает чудовищ”, одном из самых грандиозных его творений, перед нами сам Гойя. Он упал головой на стол и закрыл лицо руками — спит или мучается в отчаянии и страхе. Его обступают звероподобные существа и разная нечисть, в облике которых проступают человеческие черты. Гойя призывает: будь бдительным, человек, просвещай свой разум, стоит на минуту успокоиться, заснуть — и быть беде!

Художник приходит к убеждению, что абсолютное господство формальной религии, соединённой с ханжеством, лицемерием и тупостью, порождает не ангельские лики, а страшные рожи — предрассудки, суеверия, мракобесие. Богатые и власть имущие пытаются с помощью церкви удержаться на вершине социальной пирамиды, подавить народ своими ослиными тушами. Но и они отрешаются от разума, продаются во власть чудовищ — алчности, лжи, разврата, слабоумия. Отказываясь от ясного осознания реальности, человек обречён на моральную и интеллектуальную деградацию. Художник глубоко верил, что здоровые силы заключены в первую очередь в народе, а не в прогнившем государстве и выродившейся аристократии. Французскую революцию он вначале воспринял сочувственно, но затем, когда наполеоновская монархия начала захватнические войны, отозвался на это серией офортов антивоенного содержания.
Уже в преклонном возрасте, при прогрессирующей глухоте и трагическом восприятии жизни, художник переехал во Францию, где и умер в 1828 г. в Бордо.
…На одном из запрещённых властями офортов Гойя показан измученный крестьянин, обрабатывающий мотыгой скудную землю. Рядом стоит женщина, указывающая в светлую даль с плодоносными полями и садами. И подпись: “Вот истина”. Это философская картина, призывающая человечество к не знающему пределов совершенству — материальному и духовному.

Последние новости