Исповедь «невидимки»
19 августа 2011, 07:00

Исповедь «невидимки»

Наверное, любой из нас мечтает найти такую работу, чтоб ходить на неё, как на праздник. К сожалению, это происходит нечасто. Так и я, пока занятия по душе не нашла, решила поискать работу «на крайняк». Потратив на поиски несколько дней, устроилась продавцом в ларьке. Благо, опыта работы там не требовали, зато и платили немного. На том и сговорились. 
Поделиться

В целом Н.Т. (так звали хозяйку ларька) относилась ко мне неплохо. По крайней мере, мне так казалось. Едва мы познакомились, она незамедлительно приступила к моему обучению.

Кассовый аппарат я освоила без особых затруднений. А вот с некоторыми нюансами работы у частного предпринимателя пришлось попросту смириться, кривя душой. Но на этом я не стала «зацикливаться». Взяли, да и ладно.

День за днём работа радовала всё меньше. Ласковым, но в то же время настойчивым тоном вменялись всё новые обязанности. Некоторые из них стали попросту шокировать. Хозяйка, казавшаяся на первый взгляд доброй и милой, буквально на глазах стала преображаться. Продавать товары для меня было несложно. Вот только «толкать» покупателям превысившие срок годности продукты, которые залеживались в ларьке, лично мне было, попросту говоря, страшно. Но терять работу не хотелось. «Ещё недельку поработаю, а потом уйду», — повторяла себе после каждого очередного стресса. Но своё решение вынуждена была откладывать. Кредит за кооперативную квартиру и малолетний ребёнок, которого воспитывала сама, не позволяли отказаться от единственного на то время заработка. Вынуждена была продавать и просроченные продукты, которые имелись постоянно. Сушёные кальмары, шоколадки, сухой крем для торта, казалось, были закуплены ещё лет десять тому назад. Продавала «просрочку» в тех редких случаях, когда хозяйка стояла над душой и с внимательностью инквизитора наблюдала за моей работой. Кое-что из товара выкупила сама, чтоб незаметно выбросить в урну, избавив чей-то организм от отравления.

Надо отдать должное Н.Т. — сроки годности продаваемых в ларьке товаров она подделывала с завидным мастерством. Кто бы мог подумать, что вздутый пакет чипсов можно проткнуть иголкой и «спустить», а отверстие заклеить ценником?.. Никогда бы не догадалась и собственноручно «обновлять» на просроченных бутылках пива этикетки, снимая их с пустых, вынутых из урны…

Ларёк стоял с разворотом на солнечную сторону и располагался в таком месте, где в основном было немноголюдно. В разгар лета продукты, лежащие на прилавке, портились довольно быстро. Многих покупателей очень удивляло отсутствие в ларьке холодильника в летнее время, обогревательного оборудования зимой и многое другое. Когда я поделилась замечаниями покупателей с хозяйкой, та пробормотала, что это не моё дело, и дала ещё парочку дельных советов по поводу скорейшей реализации товаров.

На просьбу очередного покупателя продать на «опохмел» бутылку пива я отреагировала профессионально. С ловкостью фокусника взяла с витрины «Брестское» и собиралась протянуть его мужчине. Находившаяся рядом Н.Т. остановила меня жестом. Наклонившись под прилавок, она достала наугад одну из бутылок, что стояли «особняком», и, мило улыбаясь, протянула покупателю. Рассчитавшись, тот сразу ушёл. На упрёки хозяйки, почему я не продаю сначала «просрочку», решила сослаться на забывчивость. Н.Т. попросила, чтоб я больше не забывала об этом, а также проинструктировала: «Мужик этот всё равно зря переведёт продукт — его «с бодуна» по-любому выворотит. И какая разница, от плохого пива или хорошего»…

«Столетняя» шоколадка и заплесневевшие сушёные кальмары, тщательно «замаскированные» хозяйкой, к счастью, были проданы в моё отсутствие. Теперь мне предстояло справиться с другой бедой — ревизией.

Вместе с Н.Т. мы начали пересчитывать практически всё, что было в ларьке, за малым исключением. Корма для рыбок, котов и собак, находившиеся под пакетами с мукой и макаронами, Н.Т. продавала только по знакомым, так как лицензии на продажу у неё не было.

Сосчитав упаковки макарон, я записала их количество и цену в блокнот. Заметив это, Н.Т. тут же выхватила из моих рук блокнот и швырнула его на стол. «Ты давай считай. Я сама буду писать», — мило улыбнувшись, произнесла она. Пожав плечами и почувствовав неприятную оскомину, я стала считать товар.

Когда всё было пересчитано, Н.Т. сказала, что сумму «подобьёт» дома, и скоро ушла. А на следующее утро взволнованно объявила мне, что касса не сошлась на сумму в 50.000 рублей.

Далее она инструктировала: «Работаем только мы вдвоём, следовательно, ошибка принадлежит тебе. Не я же, извини меня, «проморгала» такую сумму!.. В общем, я вычту эти деньги из твоей будущей зарплаты»…

Попыталась было протестовать: мол, не могла я на такую сумму ошибиться. Но Н.Т. была непреклонна, и мне пришлось смириться. Однако мысль найти другую работу стала посещать гораздо чаще.

Время шло, но работы, которая более-менее устраивала бы, пока не находилось. Везде смотрели на «выработку лет», которой, к сожалению, у меня не было. В ларьке довелось грузить и тяжёлые ящики, и поработать неделю без выходных… Долбить же намёрзший вокруг ларька лёд я наотрез отказалась, и Н.Т. сама полтора часа расчищала территорию. Разгорячённая от работы и жутко уставшая, она бросила тяжёлый железный лом в угол и прямиком отправилась домой. На прощание сказала, чтобы по утрам я сгоняла с тротуара воду вокруг ларька, чтобы больше не намерзало.

После этого мои отношения с хозяйкой ларька начали резко портиться. Ещё больше они ухудшились, когда в один из моих рабочих дней она зашла в ларёк со своим мужем-алкоголиком. Они принесли с собой «чернило» и, весело смеясь, стали распивать его прямо в ларьке. Начали предлагать мне, чтобы я тоже выпила за компанию. И никакие мои отговорки (типа «Я пью таблетки, мне нельзя») не принимались. В результате весь вечер болела голова, а от планов сходить с ребёнком в гости пришлось наотрез отказаться. Мой сын из-за этого раскапризничался, а подруга обиделась, как никогда.

Придя на работу на следующее утро, я обнаружила, что ларёк вчера под охрану не сдавался. Под столом валялись пустые бутылки, обёртки от сушёных кальмаров, семечки… Пришлось наводить порядок.

На следующий день хозяйка меня отчитала: «Разве ты не видела, в каком состоянии я была?.. Надо было дождаться нашего с мужем ухода и, как полагается, закрыть ларёк. Хорошо, что инспекция какая-нибудь не нагрянула! Работали бы тогда на штрафы полгода»… После этого я не выдержала и заявила, чтоб Н.Т. срочно искала мне замену. Её недоумённый вид и попытка выяснить, в чём дело, меня нисколько не тронули, я не стала ничего объяснять.

Спустя несколько месяцев мне удалось-таки устроиться по специальности. При работе в госструктуре по контракту ощущения уверенности в завтрашнем дне у меня не прибавилось. Но я извлекла несколько полезных для себя уроков. Например, при покупке товаров теперь всякий раз смотрю на целостность упаковки. А ещё на срок годности товаров и, что немаловажно, условия их хранения. Стараюсь также не допускать, чтобы мне вменялись не прописанные должностной инструкцией обязанности. Предложения же начальства типа «выпей за компанию» всерьёз никогда не рассматриваю.