Превратности любви

Превратности любви

01 сентября 2011, 08:00
681
Бедные хотят чего-нибудь, богатые - многого, а алчные - всего. Сенека

Эту пару в городке знали многие. Двадцать три года эти двое немолодых людей прожили душа в душу на зависть тем, у кого семейная жизнь складывается с большими сложностями или не складывается вовсе. Но, вероятно, в нашем безумном и яростном мире не бывает вечной благодати, на смену миру и согласию в конце концов приходят недоразумения, раздоры и душевная чёрствость.

Они сошлись в далеко не юном возрасте. И у Валерия Ивановича, и у Анны Евгеньевны (имена изменены — В.Ф.) были свои семьи, в каждой из которых выросло по двое детей, живших уже самостоятельно, отдельно от родителей. Так случилось, что герои нашей истории рано остались одинокими. Они жили по соседству, в районе центральной площади, были знакомы. Сама судьба словно бы подтолкнула их навстречу друг другу. Сыновья Валерия Ивановича и дочери Анны Евгеньевны, естественно, ничего не имели против того, чтобы их родители стали жить вместе. Те решили поселиться в двухкомнатной квартире Анны Евгеньевны, а «двушку» Валерия Ивановича сдавать порядочной молодой семье. Зарплату, пенсию, а также доходы от сдачи внаём своей квартиры Валерий Иванович отдавал Анне Евгеньевне для ведения совместного хозяйства. Если требовалась какая-то материальная поддержка её дочерям, никогда не возражал — надо, значит, надо. Для него на первом месте были человеческие отношения с новыми родственниками, а не меркантильные соображения (дескать, как бы чего-нибудь выгадать для себя). В какой-то степени при этом ущемлялись интересы собственных сыновей. Но, как считал Валерий Иванович, парни есть парни, они ребята самостоятельные, пробьются в этой жизни сами. А девчатам помощь нужнее, у них всегда потребностей больше и, соответственно, расходов тоже. Постепенно жизнь вошла в свою колею, все были довольны, и никаких претензий не возникало. Валерий Иванович и Анна Евгеньевна решили свои отношения официально не оформлять. Зачем? Ведь им и так хорошо друг с другом, а делить ничего не собираются.

У Валерия Ивановича вскоре возникла возможность приобрести дачный участок в очень хорошем месте, и он этой возможностью с удовольствием воспользовался. В эйфории чувств и безоблачных отношений с супругой участок оформил на её имя. Вероятно, чтобы ни у кого не возникло даже тени сомнений в его искренности. Однако сама Анна Евгеньевна оказалась не большой любительницей труда и отдыха на природе. Она по существу не появлялась на участке, а вот для Валерия Ивановича это была настоящая отрада. Со временем на участке появился симпатичный домик, ежегодно хозяин с превеликим удовольствием выращивал здесь фрукты и овощи, наслаждался свежим воздухом и природой.

С годами Анна Евгеньевна стала жаловаться на здоровье. Врачи ничего определённого не говорили, выписывали разные лекарства и процедуры. Но женщине становилось всё хуже и хуже. Не помогли ни дорогостоящие препараты, ни несколько перенесённых операций, которые оборачивались Валерию Ивановичу немалыми суммами расходов. Он не роптал, стоически переносил нелёгкие тяготы ухода за смертельно больным человеком. Дочери Анны Евгеньевны изредка появлялись, сочувственно вздыхали, а на другой день снова надолго исчезали. Вся нагрузка легла на плечи одного Валерия Ивановича, в том числе материальные издержки.

Дочери вновь появились, когда матери стало уже совсем плохо, буквально накануне трагического исхода. Мать подробно рассказала о том, какие средства она им оставляет, — квартиру, обстановку, кругленькую сумму. И не забыла о дачном участке, который записан на её имя… Валерий Иванович находился тут же рядом во время этого тягостного разговора, но на него никто не обращал никакого внимания, как будто это абсолютно чужой человек, случайно здесь оказавшийся. А дочери спокойно собрались и ушли, не пожелав провести с матерью последние часы её жизни. Через несколько дней Анны Евгеньевны не стало. Некоторую сумму из общих с Анной Евгеньевной накоплений Валерия Ивановичу вернули, но львиную долю, в том числе всю валюту, оставили себе. Ему же было строго наказано в кратчайший срок освободить квартиру и ничего из неё не брать.

Он особо не возражал, хотя считал, что заслужил более человечное отношение к себе. Но быстро понял, что никакой милости ждать не приходится. Однако когда сверх всякой меры предприимчивые наследницы взялись без его разрешения оформлять документы на продажу дачного участка, душа не выдержала. Решил до конца защищать то, во что было вложено столько сил и средств, что осталось его единственной ценностью и отдушиной в жизни. Но молодые и рьяные уступать не собирались, мобилизовав родственников и знакомых в различных структурах, где решаются спорные вопросы о недвижимости…

Для некоторых людей выражение «уметь жить» вылилось в примитивное стремление вырвать из рук ближнего всё, что только можно вырвать. Попираются не только христианские заповеди, но и сама нравственная суть человека. Такие люди не могут быть счастливыми. Их души съедают зависть и вечное недовольство. Надо учиться быть милосердными и стараться соблюдать взаимные интересы.