Было у отца три сына
10 января 2017, 09:42

Было у отца три сына

Погода менялась на глазах. С утра капало с крыши, а ближе к обеду стал сыпать снег. Лёгкий ветерок подхватывал снежинки и кружил их, словно в танце. Некоторые безжизненно падали на асфальт, другие без устали продолжали парить. «Вот так и в жизни: кто-то раньше времени сходит с дистанции, а кто-то продолжает бороться и жить», - подумал дед Тимофей.
Поделиться

— Ну что, Тимофей Иванович? Будем оформляться? — послышался голос.
Старик отрешённо оторвался от окна.
— Ложиться в больницу не передумали? — переспросила медсестра.
Дед Тимофей молча покачал головой. Как будто у него был другой выбор! Жить хочется всем. Достигнув 70-летнего рубежа, Тимофей Иванович о смерти никогда не думал. Но когда с годами стало больше и чаще «шалить» сердце, невольно прокручивал в памяти прожитую жизнь. «Чёрную даму с косой» боялся представить себе даже в жутком сне. И больше всего боялся умереть в одиночестве. Вот и пошёл в больницу.
Из приёмного покоя в больничных обновах — полосатой пижаме, великоватой не по размеру, да кожаных шлёпанцах — деда Тимофея отвели в терапевтическое отделение.
— Ваш клиент, — сказала дежурная санитарка и положила на стол медицинскую карту больного.
— Не слепая, вижу! — зло отозвалась медсестра. — И что сегодня за день? Пятый по счёту, и всё с сердцем! И это накануне Рождества!
Старик почувствовал себя немного виноватым. Ему было неловко от того, что доставил кому-то хлопоты.
— Веди его в пятую, — скомандовала медичка. — Там для полного боекомплекта как раз одного сердечника не хватает…

Запах свежевыстиранного постельного белья дед Тимофей вдыхал полной грудью. Для него это — запах молодости, жизни и просто хорошего настроения. Всё это было и у него, пока была жива его жена. Антонина умерла три года назад. А прожили вместе около 20 лет.
Антонина была четвёртой по счёту женой. Ни с одной из своих предыдущих жён он не был так счастлив, как с ней. Может, потому, что никаких проблем им никто не создавал: дети Антонины в жизни были устроены, внуки выросли. Сошлись, когда обоим было по пятьдесят лет. Теперь жизнь без хозяйки поблёкла. Казалось, розы в саду цвели не так ярко, яблони перестали родить, и дождь уж слишком зачастил…
В палате кроме деда Тимофея лежали ещё трое. Ко всем приходили жёны, дети и внуки. И только табурет у кровати Тимофея Ивановича всегда пустовал.
— А тебя, Иваныч, почему никто не навещает? — поинтересовался как-то один из них. — Неужто один, как перст, на всём свете? Сам же говорил, как султан, четыре раза был женат. Неужто ни с одной детей не нажил?
Дети у деда Тимофея, конечно, были. Трое сыновей от всех трёх жён. Но где они сейчас и что с ними, сказать не мог. Так в жизни сложилось, что ни одного из них не растил. А потому ничего об их судьбе не знал. Сейчас старику стало даже стыдно…
— Так ты, Иваныч, сам их найди. Неужто не интересно, кем стали твои сыновья? Это же твоя кровь, продолжатели рода и фамилии, — посоветовал тот же сосед по палате. — Авось «морду» не начистят. Всё-таки, какой-никакой, а отец.
А тут ещё и лечащий врач напугал:
— У вас слишком слабое сердце. Помните, что каждый новый день может для вас стать последним. То, что вы ещё живы, надо Бога благодарить.
И он благодарил, как умел. А ещё поклялся себе, во что бы то ни стало отыскать своих сыновей. Он попросит у них прощения за всё и чтоб не держали на него зла…

На следующий день после выписки Тимофей Иванович уже ехал в пассажирском поезде на Витебщину. Именно там он оставил свою первую жену и 7-летнего сына. Всем, кто тогда его спрашивал, почему развелись, отвечал: «Не сошлись характером».
На звонок знакомой ему квартиры нажал несмело. В коридоре послышались торопливые шаги. Хоть и прошло несколько десятков лет с момента расставания, Нину узнал сразу. Какой была, такой и осталась: маленькая, худенькая и бойкая. И, несмотря на годы, узнала его сразу.
— Ты, что ли, Тимоха? — голос у бывшей супруги по-прежнему был тонкий и звонкий, словно у девчонки. — Проходи, раз приехал.
И в квартире осталось всё так, как будто он уехал вчера.
— Живу не одна, с дочкой, зятем и внучкой, — сказала Нина, когда они чаёвничали на кухне. — После развода с тобой я замуж вышла во второй раз. Вот дочку ещё родила. Петя хорошим был мужем, заботливым. Детей не делил на своих и чужих. Твоего сына Валерку любил, как своего. Жаль, умер недавно. Наш с тобой сын, Тимоха, большим чиновником стал. Работает заместителем в одном из областных управлений. Приезжает редко, больше общаемся по Интернету. Ты не волнуйся. У него всё хорошо: жена — красавица, двое сыновей женаты. Недавно родилась внучка. Так что, Тимоха, мы с тобой теперь прадедушка и прабабушка…
Нина покопалась в комоде и достала оттуда фотографию.
— Вот их семья. А вот Валерка, — экс-супруга ткнула пальцем в коренастого мужчину лет пятидесяти. — Красавец! Весь в тебя!
— Привет от меня передавай, — виновато сказал Тимофей Иванович. — Скажи, пусть не обижается на меня. В жизни всякое бывает…

Следующая поездка — в Гомель. Тогда, после развода, судьба случайно забросила его в этот город. Здесь они и повстречались с Людмилой. Помнится, родители Люды были против их брака, когда узнали, что будущий зять уже был женат и платит алименты. Её родители всегда стояли между ними. Потому и расстались. Сыну Лёшке было всего пять лет.
— Они давно отсюда съехали, — сказала соседка. — Как только открыли свой семейный детский дом. Живут на окраине города. Их дом легко найти — двухэтажный, из красного кирпича. Он один там такой.
Действительно, дом сына отыскал без проблем. Сквозь высокий забор заметил во дворе детей. Кто-то играл в мяч, кто-то катался на качели. Неподалёку стояли две девчушки постарше, которые наблюдали за младшими. Увидев деда Тимофея у калитки, одна из них подбежала.
— А вы к кому? — поинтересовалась. — Кто вам нужен?
— Из взрослых дома кто-нибудь есть? — спросил гость, поздоровавшись.
— Папа в гараже автомобиль ремонтирует, а мама занимается уборкой в доме, — отчеканила девчонка. — Вам кого?
— Мне бы папу, — скромно ответил Тимофей Иванович.
И девочка тут же громко позвала:
— Пап, к тебе пришли. Какой-то дедушка…
Вытирая на ходу руки ветошью, навстречу вышел высокий, плотного телосложения мужчина. При виде его старик растерялся. Вдруг сын спросит, кто такой? Стыдно же будет сказать…

Окончание следует