Руководителей «Брестэнерго» судят за взрыв на Лунинецкой ТЭЦ: «Я генеральный директор. Я не умею пускать котлы!»

Руководителей «Брестэнерго» судят за взрыв на Лунинецкой ТЭЦ: «Я генеральный директор. Я не умею пускать котлы!»

22 июня 2017, 09:46
1522
Дело рассматривает Брестский областной суд. Перед ним отвечают генеральный директор «Брестэнерго» Сергей Леоновец, замгендиректора «Белэнерго» Сергей Машкович (бывший главный инженер «Брестэнерго») и двое сотрудников, один из которых в 2014 году отвечал за пусконаладочные работы.

Руководителей обвиняют по ч. 3 ст. 425 Уголовного кодекса (бездействие должностного лица, повлекшее тяжкие последствия) и по ч. 1 ст. 427 УК РБ (служебный подлог). С 2014 года все они находились под подпиской о невыезде и надлежащем поведении.

— Я вину полностью не признаю, — обращается к судье Сергей Леоновец, гендиректор «Брестэнерго».

Напомним, взрыв на строящейся Лунинецкой ТЭЦ произошел 26 августа 2014 года.

Как подчеркнул в суде старший прокурор отдела прокуратуры Брестской области Генадий Бурый, руководители несли персональную ответственность за все работы на ТЭЦ. Тем не менее, они должным образом не проконтролировали ход пусконаладочных работ. И более того, в документы внесли ложные сведения о том, что все готово к запуску. В итоге взорвался котел: погиб один рабочий, еще двое пострадали. Ущерб оценили более, чем в 21,5 млрд неденоминированных рублей.

В качестве потерпевших в суд пригласили машиниста ТЭЦ, который пострадал из-за взрыва, и вдову погибшего рабочего. Еще один сотрудник, житель Украины, на процесс не приехал.

Накануне трагедии на ТЭЦ был микровзрыв

Гендиректор «Брестэнерго Сергей Леоновец, которому подчиняется Лунинецкая ТЭЦ, свою причастность к трагедии отрицает. Свою позицию он аргументирует отсылками на всевозможные нормативные акты, пытаясь пояснить суду, кто за что отвечал при строительстве ТЭЦ и запуске этого злополучного котла.

— Я не начальник смены, не машинист котла. Я не умею этого делать, и никогда этого не делал. Я административное лицо, генеральный директор. Я не умею пускать котлы! — отстаивает свою невиновность гендиректор «Брестэнерго».

По версии Леоновца, претензии следует предъявлять, во-первых, к белорусскому заводу-изготовителю котла, и, во-вторых, к организации, которая проводила пусконаладочные работы. «Брестэнерго» только заказчик этих работ, отметил гендиректор.

— Мы этот котел ввели в опыто-промышленную эксплуатацию только в декабре 2015 года, второй — в марте 2016. Он и по настоящий момент работает, скажем так, с явно имеющимися недоработками, — выступает Сергей Леоновец.

Накануне трагедии с котлом отечественного производства уже возникали проблемы, но на них не обратили внимания

Сроки строительства Лунинецкой ТЭЦ на местных видах топлива несколько раз переносились — то из-за недостатка финансирования, то по другим причинам. Наконец деньги поступили в виде инвестиций. Турбину планировалось установить немецкую, остальное оборудование — отечественное. С запуском опаздывали, потому пришлось перейти на авральный режим работы.

— Что вам известно о микровзрыве, произошедшем на котле 25 августа? (трагедия случилась 26 августа — Ред.), — задает вопрос гендиректору гособвинитель.

— Я точно не помню. Такие случаи иногда в практике бывают… Это организация-наладчик должна была проводить расследование.

— Вы хотите сказать, что это обычная ситуация?

— Она необычная, но не произошло же чего-то такого экстраординарного, разрушения и так далее. Мне никто не сказал, что работать нельзя, мы останавливаемся, давайте разбираться, — Леоновец снова пеняет на пусконаладочную организацию.

Однако, как следует из материалов дела, руководителю предоставили список из 118 пунктов — перечень недоработок, которые нужно устранить перед пуском котла.

Также в суде выяснилось, что котел запускали при отключенной системе безопасности, а как работать с этим котлом — отечественным ноу-хау — толком никто не знал.

— Высокий суд, я хочу вам сказать, что этот котел был впервые использован в нашей системе, да и в Беларуси, в мире нет таких котлов. Он №1, полностью экспериментальный. И никто не знал (как с ним работать – Ред.), это черный ящик был для всех, — заключает гендиректор «Брестэнерго».