Судьбы земное притяжение (житейская история, III часть)

Судьбы земное притяжение (житейская история, III часть)

Дома у казахов были неприглядными, а деревня - их место поселения, была глухой, не то, что родная полесская деревенька.
Фото-иллюстрация

Всех сосланных сразу привлекли к работе: маме поручили доить 25 коров, не осталась без работы и шестилетняя Надя. Её назначили пастушкой. Пасти телят — дело было не сложное. Со своей работой девочка справлялась. Но, как-то раз бригадир не досчитался в стаде одного телёнка, пригрозил маме вычесть потерю из её зарплаты. Надя чувствовала свою вину, плакала. Девочке было очень жаль маму. От дойки у неё пухли руки, отдохнуть не было когда, а тут ещё лишится зарплаты. Тут почему-то все зашумели, засмеялись. Надя увидела, как пропажа топала к стаду. Оказалось, что телёнок просто уснул в высоких травах. После этого случая Надя впервые научилась считать на пальцах.

Примерно через полгода пришёл долгожданный ответ из далёкого госпиталя, где пребывала сестричка. «Девочка жива и здорова, — писала незнакомая рука. — После выздоровления переведена в детский приют». Ниже прилагался адрес.

В тот же день мама обратилась к бригадиру за помощью, хотя и сама понимала, что от Сергея Николаевича мало что зависит.

— Надо срочно забрать дочку, — слёзно попросила она. — Отпусти на пару дней, я же не сбегу…

Николаевич был добрым и чутким человеком. Сам растил троих детей без жены, был им не только за отца, но и за мать — она умерла при родах. Как тут не понять материнское сердце?

Собрав кое-что в дорогу, мама сразу отправилась товарным поездом по Тосю. Но на одной из станций её сняли, обвинив в бегстве. После возвращения к месту отбывания ссылки, Сергея Николаевича сразу лишили бригадирских полномочий.

Мама переживала, что Тося осталась в детском приюте. Она лишь тешила себя надеждой, что их скоро оправдают, отпустят на родину. Вот тогда она обязательно отыщет свою девочку и заберёт. А пока ничего не оставалось, как слать письма в приют, и ждать…

От отца постоянно получали письма. В одном из них он написал строки с тайным смыслом: «Хорошо, что вас вывезли. Скоро чёрный петух сойдётся с красным в битве…» И вскоре началась война. Переписка с отцом прекратилась.

До глухой казахской деревни военные действия не дошли. Ощутить страх войны никому из ссыльных не довелось. Все молились, благодарили Бога за то, что помиловал  изгнанных. По радио передавали сводку, и из неё узнавали о военных действиях в Беларуси. Росло число сожжённых деревень, убитых и без вести пропавших…

Писать в незнакомый детский приют, чтобы узнать, как там её маленькая Тосечка, мама не прекращала. Однажды Надя, придя домой, застала маму рыдающей. Она держала в руках письмо и причитала:

— Зачем я её отдала? Зачем оставила свою кровиночку? За что, Господи?

В маленьком треугольном листочке было написано: «При наступлении немецких войск детский приют был эвакуирован. В ходе передвижения попали под бомбёжку. Все погибли…»

После всего пережитого мама впала в тоску, днями не поднималась с кровати, не ела, говорила только о смерти. Надя до сих пор помнит, как они вдвоём с сестрой плакали у изголовья, просили не умирать, не оставлять их. Не оставили в беде и чужие люди. Тётка Мирослава жила по соседству. Она была цыганкой. За то, что гадала на картах и умела ворожить, её и сослали вместе с детьми в Казахстан.  Она долго беседовала с мамой, говорила, что теперь должна заботиться об остальных детях, что без неё дочери никому не нужны. Все в деревне знали, что убеждать и возвращать к жизни Мирослава хорошо умела, и это у неё получилось. Мама медленно возвращалась к жизни. А перед сном постоянно молилась за душу усопшего младенца Таисии…

Жили бедно. В основном кормились молоком, которое мама приносила тайком с фермы. Коров доила с трудом. Опухоль не сходила с рук, пальцы болели и не слушались. Новый бригадир посочувствовал женщине и через время семью перевезли в район, где предложили место уборщицы в школе. Зимой в казахской «мазанке», где жили, было очень холодно. Да и топить не было чем — с дровами напряжёнка. Неподалёку находилась товарная станция, и девочки ходили собирать рассыпанный при разгрузке уголь. Им и топили. А ещё здесь же часто собирали рассыпанное зерно. Мама перемалывала его и пекла блины, а иногда и просто так жевали зёрнышки, как семечки. Но однажды Наде прищемило ногу рельсами. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы её не увидел обходчик путей. С тех пор мама категорически запретила ходить детям на станцию. Тогда Надя ещё долго хромала…

(Продолжение следует)

Если вы пропустили 1 и 2 часть житейской истории, то пройдите по ссылкам

Судьбы земное притяжение (житейская история, I часть)

Судьбы земное притяжение (житейская история, II часть)

Последние новости