Журавль в небе, жар-птица в руке (житейская история, I часть)

Журавль в небе, жар-птица в руке (житейская история, I часть)

23 августа, 16:44
336
Осень… Унылая и скучная пора. В этом году она пришла слишком рано: позолотила деревья, принесла холодные ночи, короткие ненастные дни. А вместе с тем поторопила к отлёту птиц, а сельчан - побыстрее убрать с полей урожай…
Фото-иллюстрация

Алевтина Андреевна устало вздохнула, посмотрела на часы.  Ещё часик — и домой… Урожай на картошку нынче выдался хороший. Целый день трудится одна, сама накопала целых 12 мешков! Вот и соседи уезжали с участков с полными телегами второго хлеба. И ей надо бы кого-то попросить, что бы и её урожай захватили. Теперь время трудное, никому доверять не приходится. Поживиться за чужой счёт многие норовят. Недавно у пожилой  учительницы — Полины Матвеевны, украли с поля двадцать мешков картошки — единственное пропитание для пенсионеров. Транспорт не нашли, вывезти не успели, так и оставили ночевать в поле, слегка прикрыв соломой. А утром, когда урожая на поле не оказалось, у хозяйки случился сердечный приступ…

Андреевна немного завидовала соседям — они трудились всей семьёй от мала до велика. Она же всю жизнь одна. Когда её Катюша была маленькой, берегла, никогда не брала на поле. Дочь — хиленькая, худенькая. Что с неё возьмёшь? Какой с неё помощник? Пока мама работала, Катюша смотрела мультики и сказки. Стала подрастать, опять же работать не заставляла. С тех пор так и повелось. А когда Катя выросла, открыто заявляла:

— Ни девичье это дело вёдра таскать, да мешки ворочать, — у дочки на всё был короткий ответ.

Алевтина не обижалась, про себя лишь сравнивала Катю с мультяшным Антошкой, который ничего не хотел делать, а только ел. Так и её Катюша. Едва мать устало приволакивала ноги, как тут же слышался голос дочери:

— Мамуль, а может драничков со шкварками? Что-то я проголодалась за этими учебниками. Из свежей картошки они такие вкусненькие получаются! Тем более, если готовишь ты…

Вот умела же подлизаться!

Катя была поздним и единственным ребёнком, может потому Алевтина и баловала её, души в ней не чаяла. К тому же, растила дочь одна. Супруг умер, когда Катьке не было и семи лет. Павел работал лесничим. И однажды он не вернулся из леса. Его тело выловили неводом рыбаки в озере спустя месяц…

Алевтина привыкла всё делать сама. Если надо, бралась за косу и лопату. Она всё умела, любая мужская работа спорилась в её руках. Некоторые женщины, овдовев, сразу распродавали всю домашнюю живность, или пускали под нож. Но Алевтина даже и не думала. Держала корову, телёнка, парочку свиней, с десяток кроликов, по столько же кур и гусей. И дояркой работала, и за домом успевала присмотреть, и на поле управиться. Давал же Бог силушку! Зато ни колбасы, ни мяса покупать не приходилось. И дорогую шубку дочери купила, и золотую цепочку с серьгами, и свадьбу справила — ни копеечки не одолжила…

— Андреевна, твою картошку захватить? — голос соседа отвлёк от мыслей.

Фёдор всегда был внимательным к ней. Вот и на этот раз на своём тракторе мимо не проехал. Хоть и было далеко за шестьдесят, ловко, по-мальчишечьи спрыгнул с кабины, легко, один за другим, стал забрасывать в кузов мешки.

Федя — школьный друг мужа. Когда Алевтина овдовела, первым протянул руку помощи, а спустя время признался в любви, позвал замуж. И Алевтина готова была на этот шаг, ведь в деревне трудно одной. К тому же, Фёдор — мужик хороший, не пьющий, холостой. Но, узнав об этом, дочка недовольно надула щёчки.

— Не надо нам никакого папы! — категорично заявила она. — Если он придёт сюда, убегу из дома!

(Продолжение следует)